Миллионер встречает в ресторане свою чернокожую бывшую жену — и у них рождаются тройняшки, которые выглядят точь-в-точь как он…
В один из вечеров, совершенно неожиданно, миллиардер Крис Лэнгстон узнаёт, что у него есть тройня — дети, о существовании которых он даже не подозревал.
Теперь ему предстоит столкнуться с призраками прошлого и решить, что для него важнее: сохранить контроль над своей бизнес-империей или принять новую, неожиданную роль — роль отца.
Крис Лэнгстон посвятил всю свою жизнь построению мира, в котором всё, к чему он прикасался, что видел или желал — становилось его.
К сорока пяти годам его состояние было настолько велико, что он мог бы прожить три роскошные жизни и даже не заметить этого.
Его компания, Langston Enterprises, оценивалась в миллиарды. Экономические журналы регулярно включали его в списки самых завидных холостяков страны.
Но в тот вечер всё ощущалось по-другому.
Какое-то беспокойство, которое он не мог объяснить, не покидало его с самого утра.
Тихий стук в дверь вырвал его из раздумий.
Это была Барбара — его давняя помощница.
— Ваша бронь в LeBlanc через меньше чем час, сэр. Члены совета уже направляются туда, — сообщила она.
Крис поправил дизайнерский галстук и взял пиджак. Ещё один ужин. Ещё один вечер, полный деловых разговоров. Ещё одна ночь, когда он должен быть тем, кем от него ждут — идеальным генеральным директором.
Так выглядела его жизнь: бесконечные встречи, сделки, презентации. И он всё ещё убеждал себя, что именно этого хочет.
— Спасибо, Барбара. Можешь быть свободна, — сказал он с вежливой улыбкой.
Но Барбара не двинулась с места. Она работала с ним пятнадцать лет. Знала его лучше всех.
— Есть ещё кое-что, сэр, — произнесла она после паузы. — Сегодня пришло письмо. От Carter and Associates.
Крис застыл. Картер. Эта фамилия…
Он не слышал её много лет. Он приучил себя не думать о прошлом. Научился забывать.
— Положи его на стол, — спокойно сказал он, хотя сердце у него колотилось.
Когда Барбара вышла, Крис взял конверт. Его пальцы дрожали.
Ему не нужно было открывать письмо, чтобы понять, от кого оно.
Его бывшая жена.
Женщина, которую он когда-то любил сильнее всего на свете — пока его жажда успеха не разрушила всё.
Воспоминания накрыли его, словно волна: их маленькая квартира, смех Жасмин, утренний кофе в постели, тихие ссоры, перерастающие в бури…
И тот последний момент — когда она ушла в слезах, сказав, что больше не может соперничать с его одержимостью властью.
— Не сейчас, — прошептал он и убрал письмо в ящик.
Впереди был ужин. Важные люди ждали его.
Ресторан сиял, как всегда: хрустальные люстры, приглушённая музыка, официанты двигались бесшумно.
Крис сидел на почётном месте, притворяясь, что смеётся над шутками, которые слышал уже десятки раз. Вёл вежливые беседы с людьми, имён которых уже не помнил.
Один из членов совета, Гарольд, рассказывал анекдот:
— Я ему сказал, что эта акция не стоит даже бумаги, на которой напечатана! — рассмеялся он. Остальные поддержали смехом.
И тут он её увидел.
За три столика от него сидела Жасмин.
Её тёмные волосы стали короче, но улыбка осталась прежней. Та самая улыбка, которая когда-то была для него всем.
С ней за столом был кто-то, кого Крис не узнал.
И тогда он услышал это.
Трое детей, примерно пяти лет. Две девочки и мальчик, собрались вокруг её стола. Их лица светились радостью — но в чертах их лиц было нечто такое, что заставило желудок Криса сжаться.
То, как одна из девочек наклоняла голову.
Это были не просто случайные дети.
— Мистер Лэнгстон, всё в порядке? — спросил Гарольд, вырывая его из задумчивости.
У Криса пересохло в горле. Мир вокруг него пошатнулся.
Он не сомневался ни на секунду.